В смоленском Талашкине на рубеже веков кипела работа: расписывали мебель, жгли эмали, резали по дереву, шили. Здесь, в имении княгини Марии Тенишевой, заново открывали русское народное искусство — в то время, когда вся образованная страна смотрела на Запад. Тенишева смотрела в свою землю и видела в ней то, что стоило спасти. Николай Рерих называл её «настоящей Марфой-Посадницей» — за силу, размах и упрямую любовь к русскому.
Бесприданница, ставшая княгиней
Её происхождение окутано легендой — поговаривали даже, что она внебрачная дочь Александра II, хотя документально это не подтверждено. Первый брак был несчастливым; во втором она стала женой князя Вячеслава Тенишева, крупного промышленника-металлурга, — но родня мужа не приняла «бесприданницу» и даже не вписала её в княжескую родословную. Тенишева ответила на это по-своему: всю жизнь занималась самообразованием, пела, рисовала и стала серьёзной художницей.
Её настоящей страстью была эмаль. Вместе с художником Жакеном она разработала более двухсот тонов непрозрачной, опаковой эмали и восстановила почти утраченную технику выемчатой эмали — защитив об этом целую научную работу. На родине ремесла, в Италии, её избрали почётным членом Римского археологического общества, а европейские эксперты ставили её в первый ряд современных мастеров. Княгиня, которую не пустили в родословную, своими руками вернула России целое искусство.
Талашкино: мастерская России
В 1893 году Тенишева приобрела имение Талашкино под Смоленском и превратила его в художественную колонию — русский аналог мамонтовского Абрамцева. Здесь работали и гостили Репин, Врубель, Коровин, Серов, Бенуа, Малютин, Рерих, бывал Стравинский. Она открыла школы для крестьянских детей, устроила мастерские и даже завела балалаечный оркестр — инструменты для него расписывали Врубель, Головин, Малютин и она сама. Она объезжала деревни и скупала у крестьян старинные зипуны, вышитые рубахи, прялки — спасала от забвения то, что вот-вот могло исчезнуть.
В 1901 году Сергей Малютин построил здесь сказочный «Теремок» — деревянный дом с резьбой по мотивам былин. А неподалёку, во Флёнове, поднимался храм Сошествия Святого Духа: его внешнюю мозаику «Спас Нерукотворный» с 1908 года создавал Николай Рерих. Судьба храма оказалась трагичной — из-за Первой мировой его так и не освятили, внутренние росписи Рериха не сохранились, а в советское время в нём устроили склад зерна и удобрений.
Музей в подарок городу
Собранную коллекцию русского декоративно-прикладного искусства Тенишева не оставила себе. В 1911 году она основала в Смоленске музей «Русская старина» — первый в России музей этнографии и народного искусства — и подарила его городу. На эмалевом блюде, на которое княгиня положила ключи от музея, её рукой была сделана надпись: «Придите и владейте, мудрые. Влагаю дар мой в руцы ваша. Блюдите скрыню сию и да пребудут вовеки сокровища ея во граде Смоленске на служение народа русского». Вместе с Саввой Мамонтовым она финансировала и легендарный журнал «Мир искусства».
Революция оборвала всё. В 1919 году княгиня эмигрировала во Францию, где под Парижем устроила «мини-Талашкино» и написала мемуары «Впечатления моей жизни», доведя рассказ до новогодней ночи 1917-го. Талашкинское имение разграбили — дошло до того, что тело её покойного мужа выбросили из могилы. Сама Тенишева на родину больше не вернулась и умерла в апреле 1928 года под Парижем. Но главное осталось здесь: музей, Теремок, мастерские.
Сохранить и передать
Её созидание — отдельного рода: не построить новое с нуля, а спасти и передать то, что иначе исчезло бы без следа. Народное искусство, эмаль, старину — всё это она вытащила из забвения и закрепила в музее и мастерских, переживших и её, и разорение усадьбы. И сделала это женщина — в эпоху, когда меценатство считали сугубо мужским делом. Сегодня усадьба восстановлена как музей-заповедник «Теремок», и в него снова приходят люди. Тенишева доказала, что сохранить красоту — такой же подвиг, как создать новую.